|
作词 : Зимлиханов Тимур Ренатович |
|
作曲 : Зимлиханов Тимур Ренатович |
|
"Просто удивительно, насколько они взяты из жизни, все эти рассказы. Случилось так, что, пока я рос, мне снова и снова приходилось слышать этот ветер. Иногда над городом проносились просто ураганные ветра. И звучали они печально, словно туманный горн. И в один прекрасный день я сказал: «Ладно, все понятно… больше я не позволю ветру меня донимать. Я напишу о нем рассказ»." - Рей Бредбери |
|
Я словно окунулся в утопический рассказ: |
|
Ветер - полчища погибших средь панических атак. |
|
Мои личности загнаны в металлический ангар |
|
И мы на дне, но я слышу, как ветер ищет батискаф. |
|
Крепнут мысли: "Навсегда |
|
Кануть в лету, свежей пищей ради масс. |
|
Я буду книжным авангардом и записками в столах." |
|
Причинно-следственная связь дала клинический расклад: |
|
Моих расстройств гораздо больше, чем количество палат. |
|
Он подносит нос к моему дому!" |
|
Самый страшный гость и незнакомый. |
|
Я знаю, что его визиты кончатся погромом, |
|
Он носится по крыше или топчется по окнам. |
|
Ставни заперты набойником |
|
И я не залечу на бой никак. |
|
Тихо завис у подоконника |
|
И мысли подло гробят меня. Стало быстро холодно |
|
И страх, с массивным грохотом, ударом вынес голову |
|
И жизнь задыхается без цели. |
|
Жизнь сад и храм в одном лицее |
|
И мы в нем вырастаем панацеей. |
|
Вырываю набойник из туго смазанных петель, |
|
На дворе оттепель. Я понял то, что там ничего нет! |
|
Из узоров муссона вышел образ страха и проблем, |
|
Прокрастинация из праха и костей, больной и слабый человек, |
|
Готовый драться без потерь, ведь ему рады только здесь. |
|
Бить ему страшно "вне паллет"*, китель бумагой на стене. |
|
А я ебусь с этими демонами. |
|
Может быть вернусь, когда стемнеет |
|
И мне ветер снова напоет о грусти и проблемах, |
|
Об искусстве и напутствиях, о вкусах и манерах, |
|
О безумстве, что не ведал, либо чувствах и победах, |
|
Об измученных калеках и поющих менестрелях, |
|
Непробудных от абсента. Где-то в гуще конец света. |
|
Будучи мусором, а не смертью - в голове худшего пациента! |
|
Сколько унесенных ветрами черных домов? |
|
Ты снес мою крышу, но я вижу твой потолок. |
|
В колыбели тьмы храпит дитя ветров, |
|
Навечно окрещенный тишиной. Храни тебя, Газпром!* |
|
Катакомбы в крови. Вокруг кара, бунт, карнавал. |
|
Ноги забиты металлическими ставнями и рвет каракурт рукава. |
|
И рядом обугленный план, до которого не дотянется буря-ураган. |
|
И донаты не полетели пулями в дурака, где он улетит под утро навсегда. |
|
Куда ветра туда и дым |
|
Летит предвестником утрат или беды, среди нутра у молодых. |
|
Кладущий вечно траур на биты, но твоя боль, как иллюстратор для слепых. |
|
Это не старт и не призыв. |
|
И на обветренных губах, каплями стали на язык, |
|
Тиопентал*, запахом сваренной лозы, |
|
Тихонько канет на низы тебя. Позыв теперь заставит говорить, |
|
Кто перед нами тут стоит и мы узнаем – кто есть ты? |
|
Ветер — это мышь, которая не может сдохнуть, словно Мистер Джинглс.* |
|
Слишком медленный для быстрой жизни. |
|
Шторм заметен, но перепутал тут Gazgolder, Jillzay. |
|
Транс-гомик чистый, rime кормит мысли, раз в год и скрылся. |
|
И незаметно ты стал всего лишь в Газпроме кринжем. |
|
Свободно пишет о мечтательном, заложник чисел. |
|
Не вышел в окна, ведь залетел в них и корчишь смысл, |
|
Пока я тешу своих бесов в неотложке мыслей. |
|
Снова, со вкусом Мальборо нас устах, |
|
Сон окутал тайнами, голова |
|
Сказала: |
|
"Коль парус дырявый - нас ветер не выручит." |
|
Страх перед лицом медленно вылечит. |
|
Друг пропил свой последний орган, |
|
После люди выносили трупы из соседних комнат. |
|
И ты клал десерт на противень, а я слышал детский голос, |
|
Который меня позвал на завтра пообедать в морге. |
|
Мне нужна эта победа, ведь я видел эту драму, |
|
Хоть так же, как и ты пел о родителях и травме, |
|
Закрепляя карабин в голове, бил себя ментально, |
|
Чтоб воспринимать себя и уместить себя в реальность. |
|
И передо мною - штиль... |
|
Смотрю глазами воспалёнными |
|
На небо, что казалось опалённым тут. |
|
Слева вижу - Бофорт* ухмыляется перевёрнутым! |
|
90 мертвых опытов* пылятся в его комнате, |
|
28 лет он всех пугает своим образом, |
|
Но для тебя семнадцатый* - регламентом по кодексу |
|
Ебучего государства. Тот, что тянется над пропастью |
|
С таинством, подлостью. Страхи короны* |
|
от царских законов тут. |
|
Да я хлопну себя по-ебалу за твое здоровье! |
|
Твои крики ветерана - детский сад для посторонних. |
|
Мы на дне залива смотрим терракотовыми армиями |
|
Вышку*, где ты пишешь текст, под термоподы с вафлями. |
|
Все рушиться неделю от панических атак. |
|
Я идеальный пациент! Страхи синицами в руках, |
|
С переломанными крыльями, стремительно летят |
|
Против муссона, ведь им нечего тут, в принципе, терять. |
|
Остальное не важно*, хоть и рос не на Металлике. |
|
Тюльпанами ветров - смотрится роза* на Виталике. |
|
Срывая с тебя маску, будто бронзу на медали там |
|
Я вижу лишь Зефир*, но не угрозу ураганами. |
|
И драма в каждом треке, где он борется за правду, но |
|
Я слушал драму ветра только в прозе Мураками*. |
|
Ног не чувствуя, я знал - это закончится когда-нибудь. |
|
И Ветер это штиль, стихший хроникой в метафорах. |
|
Мы подожжем воду, раздуем ветер и скурим весь камень*" |
|
Твой финал - шляпа ничья*. Ее сдуло в полуфинале. |
|
Ты не расскажешь шефу, как дрался оппонент. |
|
Сезонный офисный воин, сидящий на моем ковре. |
|
Помню, просил у тебя feat душного рэпера с собой, |
|
После спросил себя: "На хуй мне нужны треки с пустотой?" |
|
Тригер на баттле, что прилип хуже трекера* от Adobe. |
|
Really новатор? Запали, тут же ветер. |
|
И это все! |
|
Сколько унесенных ветрами черных домов? |
|
Ты снес мою крышу, но я вижу твой потолок. |
|
В колыбели тьмы храпит дитя ветров, |
|
Навечно окрещенный тишиной. Храни тебя, Газпром! |
|
Катакомбы в крови. Вокруг кара, бунт, карнавал. |
|
Ноги забиты металлическими ставнями и рвет каракурт рукава. |
|
И рядом обугленный план, до которого не дотянется буря-ураган. |
|
И донаты не полетели пулями в дурака, где он улетит под утро навсегда. |
|
И он улетел, прошелестев в высоких кронах, понесся прочь, возвращаясь к морю, к Целебесу, к Берегу Слоновой Кости... может быть в Новый Уренгой? Все тише, тише и тише... |
|
Э, иногда мне так хочется быть тобой: Корчиться приторно, |
|
Раз в год становится музыкантом и, набрав тем, что-то записывать. |
|
Быть в поиске мысли, быть в поезде жизни, быть добрым и чистым, |
|
Но пока я во тьме смотрю, как догорает мой тонущий вымпел. |
|
Останется мольбой на руках, |
|
Где мы в старом доме говорим с тобой до утра. |
|
Ты расскажешь мне потом |
|
Про свой самый страшный сон, |
|
Увидишь мое лицо, опалённое войной. |
|
Страшных демонов, ставших нежностью, |
|
В разукрашенной одежде клетчатой, |
|
Колесящего медведя среди вечности, |
|
Не замечая ветра переменчивости, |
|
Где обменивались кольцами Сатурна, |
|
Высекая звездами всю ночь из космоса скульптуры. |
|
Окуная кисти в землю, ждал, что кончится рисунок, |
|
Но мне говорят в больнице, что я конченный придурок, |
|
Посмотри! |
|
Ты же помнишь такое, когда все живое, когда ты живой? |
|
Ты же помнишь тот день, когда ты захотел взять гитару и стать рок звездой? |
|
Идеальный больной! Мне по хуй, меняю боль на зажим. |
|
Я хочу быть тобой, когда мне не хочется жить... |
