|
Громом в тиши вечерней прогремела весть, |
|
Что лютый ворог уже близко. |
|
И в келье своей замшелой Сиволдай решил засесть |
|
Покуда буря не утихнет. |
|
Но, к счастью, прознали бабы, что негодный жирный поп |
|
Не хочет на войну сбираться. |
|
И, вытащив его за рясу, расшибли ему лоб. |
|
Заставили в воины податься! |
|
И расстилается перед взором даль. |
|
Рассветом пламенным лютых битв огонь и печаль, |
|
И одиночество, в горле комом страх и тоска, |
|
Ведь трусам места нет на поле брани! |
|
Рыдает. Ох, как не хочется напрасно помирать. |
|
Но ветер слёзы его сушит. |
|
Ведь так не научился он ни драться, ни стрелять. |
|
Всю жизнь слугой он был послушным. |
|
Как же буду убивать, если вдруг придётся, |
|
Ведь на страшном на суде всё сполна зачтётся. |
|
Если жизнь чужую взять, то тогда навеки |
|
Буду тихо подгорать в адском жарком пекле. |
|
И вот уже смертельный бой, |
|
Земля кипит и всюду взрывы! |
|
И Сатаны зловещий вой. |
|
И смерти конь трясёт своею гривой |
|
Укрыться! Спрятаться! Учти! Сбежать! |
|
Залечь на дне окопа! |
|
Тут репой пареной пахнуло от него |
|
Осколком бедному пробило жопу! |
|
Коль пошёл ты на войну, то воюй достойно |
|
Предки рады и Господь с туч глядит довольно |
|
Но откуда же попу взять сию отвагу, |
|
Он ведь только пел псалмы, до х*ячил брагу! |